Различное произношение.

Известно, что любое слово, заимствованное или приобретенное из чужого языка и не соответствующее местной фонетике, иначе говоря, трудно произносимое, может со временем пройти фонетическую трансформацию и превратиться в вариант, соответствующий местным фонетическим особенностям. Имена тоже подвержены подобному процессу. Елена превратилась в Хелену, Анна в Ганну и Ханку, Сигизмунт в Зигмунта и Жигимонта, Георгий в Егора и Юрия. Народ предпочитает говорить так, как ему удобно, и, со временем, местные варианты произношения уже никого не удивляют и имеют полное право на самостоятельное существование. Уже никто не задумывается, как правильно говорить: Георгий или Егор, ибо и то и другое представляет из себя полноценное и самостоятельное имя.

Точно также обстоят дела и с фамилиями. Бог знает, сколько на свете Ложкиных и Лошкиных, Пятуниных и Петуниных, а также Петюниных, Пятюниных и т.д. Многие из них являются кровными родственниками, записанными нерадивыми и полуграмотными писарями так, как последним казалось удобнее, и, тем самым, навеки определив родных и двоюродных братьев и сестер, племянников и племянниц, дядей и тетей, дедушек и бабушек в “разные” фамилии. Такие трансформации случались не только в древности или во времена первых переписей населения, подобные попытки имеют место и по сей день.

Моя фамилия Ольшанский. Я живу на Урале. Мои предки были эвакуированы на Урал во время войны, я родился здесь и Урал моя родина. Но мне, с моей не вполне соответствующей Уральскому региону фамилией, неоднократно на себе пришлось испытать попытку ее трансформации. Да что там, неоднократно, это случается почти всегда, как только я произношу свою фамилию по просьбе любого административного лица при заполнении какой-либо документации. Например, такой вариант моей фамилии, как Альшанский возникает наиболее часто. Я знаю, что такая фамилия существует на самом деле, при этом родственное происхождение фамилий Ольшанский и Альшанский не может ни у кого вызвать сомнение. Встречаются и другие варианты, как Польшанский, Вольшанский и т. д. Возможно, это объясняется подсознательным стремлением обьяснить происхождение фамилии. Фамилия Вольшанский рождает ассоциацию со словом “воля”, а Польшанский со словом “поле” и даже “Польша”. Русский язык продолжает развиваться, и попытка народа приспособить и сделать более подходящими все “неудобные” и трудно произносимые слова - процесс естественный.

Из вышесказанного ясно, что замена одной или даже нескольких букв в фамилии - дело достаточно рядовое, но это всегда воспринимается, как вторжение во что-то личное, интимное и часто вызывает в ответ негативную реакцию. Просто, в нашем сознании фамилия оценивается как один из немногих оставшихся факторов незыблемости , постоянности и стабильности, т.е. как раз то, что в повседневной жизни нам так не хватает, возможно, поэтому мы так сопротивляемся, когда дело касается любого изменения фамилии. Исключение составляют, пожалуй, только женщины, когда выходят замуж. Так и есть, ибо фамилия охраняется законом, и, чтобы ее сменить, необходимо иметь на это причины и выполнить ряд обязательных предписываемых действий, как-то смена документов и т.д. Другое дело раньше, когда грамотность населения, вообще, была намного ниже современной, и многие люди могли не знать, как правильно пишется их фамилия. Писари, чаще всего, были людьми просто умеющими писать и читать, случалось, иногда, с ошибками. Ведь никого не удивляет, что, возникшая, скорее всего, в результате ошибки, фамилия Альшанский и другая фамилия Ольшанский родственны, и все согласны, что они могут иметь общее происхождение.

Однако, общность происхождения Ольшанских и Гольшанских, чаще всего, почему-то, подвергается сомнению, несмотря на то, что фамилии эти очень похожи и разница между ними крайне невелика. Дело в том, что звук ”Г” в начале фамилии, на самом деле, соответствует мягкому южнорусскому “Г”. В русском языке аналогичного звука нет, наверное, этим обусловлен еще один вариант прочтения этой фамилии. Он звучит, как “Хольшанские”, ибо южнорусский звук “Г” звучит, как нечто среднее между русскими “Г” и “Х”. Этому звуку соответствует латинская буква “ h ”. Поэтому, по польски эта фамилия пишется, как Holszanski , а по - русски, в виду отсутствия в русском языке звука “ h ”, “Ольшанские”. Итак; Гольшанские, Хольшанские, Ольшанские, Альшанские и, соответственно, Гальшанские, Хальшанские - фамилии родственные, имеют общие корни и происхождение. В литературе я встречал и более экзотический вариант этой фамилии. Он имеет, вероятно, жемайтское происхождение и звучит, как Алшенишкис( Alseniskis ). Из контекста явно следует, что речь идет о Гольшанских, но при этом, ставшего камнем преткновения звука “Г”( h ) нет и в помине. Вообще же, опущение звука “Г”, в начале имени или слова, по своей сути равняющемуся придыханию, не такое уж редкое явление не только в литовских, но и в русских летописных источниках. Например, в Тверской летописи некоего персонажа именуют Еннадий, вместо Геннадий, а в Новгородской летописи титулуют “оспожином”, вместо госпожина (господина). Кроме того, и в наше время можно услышать, как восклицает какая-нибудь малограмотная старушка из деревни – “осподи”, вместо “господи”. Кстати, и в знаменитой Ольшевской летописи, имя Гедимин пишется как Едимин ( Jedimin ), Едимонт ( Jedimont ), а в некоторых других источниках тот же Гедимин встречается, как Едиман и Едимей. Скорее всего, летописец не видел существенной разницы в том, как произносить и писать это имя. Это может означать, что существовало несколько вариантов имени Гедимин, при этом все они были в употреблении и, соответственно, считались правильными. Еще один пример: у Даниловича в латинской грамоте № 417, Olgerd (Ольгерд), пишется как Holgerd . Мы привыкли к варианту произношения этого имени, как Ольгерд, но, вероятно, существовали и другие варианты произношения, а значит и написания этого имени и они, в то время, никого не удивляли. Если же в документе, вместо Olgerd , значился Holgerd , все понимали, о ком идет речь. Такие трансформации, как мы видим, имели место довольно часто и не только касательно звука ”Г”, и не только вначале слова. Попробуйте ответить на такой вопрос, как правильно писать и произносить: Ягайло или Ягелло, а, может быть, Ягейлло или Йогейлло? Ведь и тот и другой варианты встречается в литературе достаточно часто. “А какая разница?” – ответите вы и будете абсолютно правы, ибо, всем и так понятно, что речь идет об одном и том же великом человеке. В данном случае, мы не говорим о причинах, по которым это имя прошло трансформацию и видоизменилось. Такими причинами могли стать, как особенности фонетики литовского (старобеларусского) языка, написания этого имени на латинице, так и всевозможные другие причины, но все это только пример, частный случай. Для нас же важен тот факт, что существовали несколько вариантов написания этого имени, и все они, повторяю, были правильными.

Так вот, в русской традиции Гольшанские обычно упоминаются, как Ольшанские. Достаточно назвать несколько авторов в разное время в своих произведениях упоминавших князей Ольшанских:

Карамзин Н.М., т. № 6, гл. 4, “Продолжение царствования Иоаннова.” гг 1480-1490

Костомаров Н.И. “Русская история в жизнеописаниях ее деятелей” гл. 13, “Великий князь и государь Иван Васильевич”

Александр Радзиевский “Вера, язык и память о прошлом – прочный фундамент нашего будущего”

Юдин Владимир Дмитриевич “Лекции по истории России” 2000г.

Сергей Удовик “К истории Переяславской рады”

м. Макарий Булгаков “История русской церкви”

Особо хочу остановиться на сведениях, почерпнутых из Патерика Печерского, где в гл.№3 упоминается Святая праведная дева Иулиания, княжна Ольшанская, жившая в Киеве в первой половине 15 века. Сведения о Святой деве Иулиании есть и в святцах, и в любом православном календаре. Отмечено, что отец ее был князь Юрий Дубровицкий-Ольшанский.

К подобным сведениям, почерпнутым из церковных источников, стоит отнестись с доверием, ведь роль православной церкви в деле культуры и просвещения того времени трудно переоценить. Для многих жителей Литвы это была единственная возможность приобщиться к родной русской культуре, не тронутой влиянием католической Польши. Православие тогда находилось в жестокой конкуренции к католицизму, причем конкуренции неравной, так как католицизм поддерживался государством. Православные монастыри и храмы являлись, по сути, единственным сосредоточением русской культуры в стране, становившейся, под влиянием своих правителей, все более и более католической.

Далее